КПСС
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
  Содержание:
  За что мы боремся
  Новости
  Документы
  Персоналии
  Архив
  Голоса революции
  Контакты
  Ссылки
  
E-mail: post@kpss.org

С.Б.СКВОРЦОВ, первый секретарь ЦК КПСС

НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ КПСС

Посвящается I съезду РСДРП

13 марта исполняется ровно сто лет со дня открытия Первого съезда РСДРП. Таким образом, наша партия скоро вступит во второе столетие своего существования. За прошедшие годы она прошла большой и славный путь, на котором, к сожалению, были не только победы, но и тяжелые поражения, и трагические ошибки. Обо всем этом историки спорят уже не первый год и будут, вероятно, спорить дальше. Однако есть период в истории КПСС, о многих событиях которого пока не имеют четкого представления даже специалисты, а кое о чем не знает вообще никто, кроме непосредственных их участников. Речь идет о нынешнем этапе деятельности партии, начавшемся сразу после августовского антисоциалистического переворота 1991 года. Видимо, пришла пора об всем этом рассказать, тем более, что скрывать нам нечего.


ПЕРЕД БУРЕЙ

Общеизвестно, что "старая", брежневско-горбачевская КПСС была скорее не политической партией, а частью государственного аппарата, в недрах которого сосуществовали сторонники самых различных идеологических взглядов. С началом горбачевской "перестройки" все эти до поры до времени скрывавшиеся расхождения вышли наружу. Оказалось, что в рядах одной и той же политической организации состоят как "фундаменталисты"-большевики вроде Нины Андреевой, так и откровенные антикоммунисты типа Егора Гайдара.

С течением времени сторонники определенных течений консолидировались в платформы:

Демократическую, Марксистскую, Движение коммунистической инициативы. Борьба, к сожалению, шла не на равных, поскольку сторонники социал-демократических и буржуазных взглядов имели мощную поддержку со стороны руководства партии, и в первую очередь А.Н.Яковлева и М.С.Горбачева. Это руководство, взявшее курс на капитализацию СССР и ликвидацию социалистического содружества (см. в нынешнем номере "Народной газеты" статью "Фрагмент большого целого"), естественно, стремилось и к преобразованию КПСС путем удаления оттуда всех подлинно коммунистических элементов. На очередном съезде партии, намеченном на осень 1991 г., планировалось окончательно придать партии социал-демократический характер, приняв соответствующую программу, а может быть, и изменив название. В условиях, когда у сторонников коммунистических взглядов не было своих средств массовой информации, этот исход был вполне вероятен. Зимой 1991 г., всего за полгода до августовской катастрофы, я выступал перед партийным активом Ногинского района Московской области. После того, как я в течение часа рассказывал о том, в какую пропасть тянет партию и страну Горбачев, один из присутствующих, пенсионер, огорошил меня вопросом: "Когда же вы прекратите свои нападки на ленинский ЦК?"... И таких "коммунистов", вскоре навсегда покинувших ряды КПСС, в партии тогда было много.


ЧТО ДЕЛАТЬ?

Однако жизнь распорядилась по-иному. Запутавшись в собственных комбинациях, М.С.Горбачев спровоцировал (или сам организовал) августовский "путч", в результате которого лишился реальной власти и, что называется, "сдал" партию, которая больше не была ему нужна. Б.Ельцин подписал указ о "приостановке" деятельности КПСС, который вскоре был проштампован до смерти перепуганным Верховным Советом СССР.

Перед оставшимися верными своим убеждениям коммунистами встал вопрос: "Что делать?". В принципе существовало два пути: воссоздавать КПСС (естественно, в обновленном виде) или создавать некую новую коммунистическую партию. Учитывая, что в КПСС к тому времени уже действовало несколько платформ, новых партий вполне могло стать достаточно много. Кроме того, ни один объективный аналитик не мог заранее сказать, пойдут ли коммунисты в новую партию.

Главным же аргументом против воссоздания КПСС был обыкновенный страх перед репрессиями, угроза которых оставалась вполне реальной. В условиях антикоммунистической истерии для работы по воссозданию КПСС, действительно, требовалось определенное мужество. С другой стороны, под влиянием враждебной пропаганды, несколько лет поливавшей партию грязью, определенная часть коммунистов вполне искренне считала, что историю коммунистического движения в нашей стране надо начинать "с чистого листа".

Кстати, о страхе. Прежде чем продолжить свой рассказ, скажу несколько слов о том, как вели себя в августе 1991 года те, кто еще недавно стоял во главе государства. В то время я работал внештатным консультантом депутатской группы "Союз", был в качестве журналиста аккредитован при Верховном совете СССР, и поэтому мог наблюдать за происходящим собственными глазами. Никто из тогдашних руководителей КПСС (а почти все они были еще и депутатами) не вступились за партию, которую после августовского "путча" обливали потоками грязи. Мало у кого из этих людей хватило смелости выступить публично, но и тогда они лишь жаловались на то, как в их роскошных квартирах проводили обыски, нарушая тем самым их депутатскую неприкосновенность (что, конечно, действительно было произволом). В защиту партии из них не выступил никто. Единственным, кто тогда это сделал с трибуны - Рой Александрович Медведев, человек, который за свои взгляды был в свое время из КПСС исключен. И хотя я не разделяю его нынешние убеждения, я глубоко уважаю его за то, как он вел себя в августе 1991 года.

Зарубежные коммунисты потом много раз меня спрашивали: как же так получилось, что многомиллионная партия была разогнана чуть ли не в один день, и никто не протестовал, никто не выходил с протестом на улицы? Ответ здесь довольно простой: прежнее руководство настолько разложило партию, что рядовые коммунисты утратили всякую инициативу, а само оно, это руководство, в момент кризиса трусливо попряталось в щели.


ОТКУДА В РОССИИ ВЗЯЛОСЬ МНОЖЕСТВО КОММУНИСТИЧЕСКИХ ПАРТИЙ

Мне трудно говорить категорично о том, какие именно чувства испытали лидеры внутрипартийных течений, узнав о роспуске КПСС, но, несомненно, среди этой гаммы чувств была и радость. Теперь уже ничто не мешало осуществлению их заветной мечты о создании своей, новенькой, идеологически чистой коммунистической партии, не "запятнанной" никакими историческими грехами. За несколько месяцев, остававшихся до конца 1991 года, на базе Движения коммунистической инициативы возникла Российская коммунистическая рабочая партия, на базе Большевистской платформы - Всесоюзная коммунистическая партия большевиков (партия Нины Андреевой), на базе Марксистской платформы - Российская партия коммунистов и Союз коммунистов. Каждая из этих партий в последующие годы раскололась на несколько частей, образовав в общей сложности с десяток организаций.

Являясь членом Координационного совета (КС) Марксистской платформы в КПСС, я был свидетелем и в некоторой степени участником этого процесса, о чем сейчас и расскажу.

Вернувшись с заседания Верховного Совета, на котором было принято решение, подтверждавшее Указ Б.Ельцина о "приостановке" деятельности КПСС, я сообщил о только что принятом документе Координационному Совету Марксистской платформы (точнее, московской его части). В принципе это вряд ли было для собравшихся членов Совета неожиданностью, но, тем не менее, новость все равно прозвучала как гром среди ясного неба. Естественно, встал вопрос о дальнейших действиях членов МП. Один из лидеров платформы, Анатолий Викторович Крючков, сразу же высказался за создание на ее базе новой коммунистической партии. Я предлагал преобразовать МП в общественно-политическую организацию, но в партию ее не превращать, мотивируя это тем, что коммунисты в массовом порядке ни в какую новую партию не пойдут (что впоследствии и подтвердилось). Крючкова это, между прочим, не смущало: как он говорил, "пусть партия будет маленькая, но боевая", что в тогдашнем контексте звучало "маленькая, но своя". Еще один лидер платформы, Алексей Алексеевич Пригарин, который в те времена был членом горбачевского ЦК КПСС, казался растерянным и твердой позиции не занимал. Большинством в один голос прошло предложение Крючкова, а не мое. Позднее с таким же результатом кончилось голосование и на заседании КС полного состава. Был утвержден оргкомитет по созданию новой партии, который сразу же, на заседании, в котором я уже не принимал участия, раскололся на два - по созданию Российской партии коммунистов во главе с А.Крючковым и созданию Союза коммунистов во главе с А.Пригариным.


МЫ ПОЙДЕМ ДРУГИМ ПУТЕМ

Обзвонив знакомых активистов в регионах, я лишь еще больше утвердился в той мысли, что, несмотря на шок, большинство коммунистов настроено против создания новых партий. Более того, в начале сентября в некоторых регионах началось создание не входящих ни в какие партии объединений коммунистов. Одним из первых такое объединение было создано, например, в далеком Южно-Сахалинске. Я понял, что это может стать основой для возрождения КПСС. И так уж получилось, что с этой инициативой тогда выступил именно я.

Когда этот вопрос встал практически, выяснилось, что мою точку зрения (которую в конце августа поддержала почти половина КС) теперь, в сентябре, разделяют лишь очень немногие члены Совета. Затрудняюсь сказать, в чем тут дело, возможно, сыграла свою роль привычка подчиняться партийной дисциплине, хотя, строго говоря, Уставу в данном случае следовал именно Скворцов. Но так или иначе, первая, пусть и немногочисленная, группа сторонников у меня появилась, теперь нужно было дать о себе знать.

Было ясно, что подписи под заявлением о создании Комитета за единство коммунистов должны быть такие, чтобы произвести впечатление на редакторов газет. По моей просьбе это заявление подписали знакомые мне по работе движения "Союз" тогдашний первый секретарь Нижегородского горкома КПСС, член Секретариата ЦК КПСС А.Мальцев, народный депутат СССР Л.Сухов (в последующем оба не принимали в работе Комитета никакого участия) и мой земляк, секретарь Подольского горкома КПСС Ю.Шипулин.

Копии заявления где-то около 20 сентября были отданы в редакции газет "Правда" и "Советская Россия", где их благополучно положили под сукно. Прежняя партноменклатура, пусть даже временно оставшаяся не у дел, по-прежнему жестко контролировала эти издания, а появление конкурентов ей было совсем ни к чему.

Из центральных левых изданий оставалась только "Гласность". Уже ни на что не надеясь, мы открыли ее номер за 10 октября - и что же? Там было напечатано наше заявление с тогдашними нашим адресом и телефоном! Нашему ликованию не было предела.

Вы можете прочитать его текст - оно публикуется здесь же, на странице нашей газеты. Сейчас, перечитывая заявление через шесть с лишним лет, видишь, что в основном мы были правы. И если бы к нашему голосу тогда прислушалось больше людей, история коммунистического движения во многом пошла бы по-другому.


К КОММУНИСТАМ СТРАНЫ

В результате антиконституционного запрета деятельности КПСС и бездействия ее руководства партия перестала существовать как организованная политическая сила.

Однако, устранив оппозицию, новые власти не в состоянии устранить стоящие перед страной острейшие проблемы. Уже ясно, что и новое руководство страны не в состоянии ничего предло-жить народу, кроме призывов "потуже затянуть пояса" и обвет-шалых идеологических догм столетней давности. Стране нужна оппозиция, нужна коммунистическая партия, будет ли она называться Партией коммунистов, КПСС, или, к примеру, Социалистической народной партией. Такая, по сути дела новая партия, должна создаваться снизу, по инициативе самих коммунистов, без участия обанкротившегося бывшего руководства КПСС.

Чтобы быть сильной, создаваемая партия коммунистов должна быть единой. Однако в результате идейных разногласий между коммунистами сейчас существует возможность возникновения нескольких коммунистических партий, занятых не столько реальной политической борьбой, сколько выяснением отношений между собой.

Нельзя идти по этому пути, товарищи коммунисты! Этого нам не простит народ, не простит история. Давайте отложим до лучших времен наши иногда действительно серьезные теоретические споры и сосредоточимся на том, что нас объединяет - на борьбе за сохранение жизненного уровня народа, за демократию, за единство страны.

Партия должна возрождаться именно на основе единства действий в интересах народа. Поэтому мы, представители различных течений, объединились в Комитет за единство коммунистов, ставящий целью помочь инициативе коммунистов по возрождению своей партии.

Мы призываем коммунистов объединяться в инициативные группы по возрождению коммунистической партии, регистрировать их (там где это возможно) в местных органах власти и выбирать делегатов на съезд возрождения партии коммунистов, который и решит судьбу коммунистического движения в нашей стране. Мы готовы всемерно помочь в координации этой деятельности.

А.Н.Мальцев, член Секретариата ЦК КПСС
Л.И.Сухов, народный депутат СССР
С.Б.Скворцов, главный редактор "Народной газеты"
Ю.В.Шипулин, секретарь Подольского ГК КПСС Московской обл.

"Гласность", 10 октября 1991 года

В ответ на обращение мы получили десятки писем и телефонных звонков. По всем этим адресам мы разослали информационное письмо номер 1 (за ним последовали другие), в которых давали рекомендации о том, как создать объединение коммунистов и о том, что, собственно, делать. "Не забывайте, - было написано в письме, - что оргработа - хотя и важная, но не самая главная часть работы политической организации. Главное - это все же политическая работа с людьми... Рекомендуем сразу использовать такую массовую форму работы, как сбор подписей". Имелись в виду подписи против введения свободных цен и в защиту Курил (когда С.Бабурин говорит, что он первый выступил в их защиту, то слегка преувеличивает).

К сожалению, наши сторонники на местах этому призыву внимали слабо, привыкнув за прошедшие годы к тому, что вся политика сводится к партийным собраниям. В этом, конечно, не их вина, а их беда, не изжитая, кстати, и до сих пор. Но все равно жаль - если бы такая работа проводилась с должным размахом, мы бы уже тогда получили многих и многих новых сторонников.

6 ноября власти нанесли нам новый удар. Средства массовой информации сообщили об указе Ельцина, объявлявшем о "роспуске организационных структур" КПСС. Мы встретили его довольно спокойно. 7 ноября сразу после демонстрации я передал прямо с телефона-автомата соответствующее заявление в информационные агентства (см. приложение), которое затем прозвучало по радио. По-моему, больше никто из левых деятелей на "роспуск КПСС" не реагировал - то ли побоялись, то ли (скорее всего) это их не интересовало.


ЗАЯВЛЕНИЕ

Президент РСФСР Б.Н. ЕЛЬЦИН преподнес своим согражданам "подарок" к 74-й годовщине Октября, объявив о запрете деятельности КПСС. Эта незаконная мера - очередной шаг на пути подавления оппозиции и установления личной диктатуры Президента России. Сегодня запугивают коммунистов, а завтра могут загнать в подполье всех инакомыслящих.

Тщетность попыток властей остановить надвигающуюся экономи-ческую катастрофу, падение их авторитета в народе порождают стремление руководства республики застраховать себя от возможных осложнений, расправившись со своими политическими оппонентами. Этот путь ведёт в тупик. Недовольство народа не устранить репрессиями. Коммунисты же будут и впредь, вне старых структур КПСС, продолжать свою деятельность по защите интересов трудящихся.

7 ноября 1991г.
Координатор Комитета за единство коммунистов
С.Б.Скворцов


ВСТРЕЧА С ЗЮГАНОВЫМ

Как я уже упоминал, в первона-чальный состав Комитета за единство коммунистов входил секретарь Подольского комитета КПСС Юрий Шипулин. Достаточно молодой парень (тогда ему было лет тридцать пять), он, хотя и проработал в партийном аппарате меньше года, успел как следует проникнуться его духом. С типичным для аппаратчиков преклонением перед известными именами он предложил пойти на переговоры к тогдашнему секретарю ЦК Компартии РСФСР Геннадию Андреевичу Зюганову - пусть он, дескать, нас возглавит. Я был уверен, что ни один из уже известных деятелей к нам не пойдет, но разубеждать его не стал.

У Шипулина были какие-то знакомые в ЦК КП РСФСР, они договорились о встрече (тогда это было легко), и, кажется, в самом начале октября мы отправились на аудиенцию к Зюганову. Весь Центральный Комитет размещался тогда в нескольких комнатах в одном из зданий на Старой площади. Насколько можно было понять, оставшиеся немногочисленные сотрудники занимались двумя вещами: своим трудоустройством и подготовкой съезда Социалистической партии трудящихся, о котором речь еще будет впереди.

С Зюгановым до тех пор мне встречаться не приходилось. Он произвел на меня впечатление совершенно сломленного человека. Внимательно выслушав наше предложение, он сказал буквально следующее: "Идея коммунизма устарела, сейчас актуален патриотизм. Я желаю вам удачи, ребята, но присоединиться к вам не могу". Подобный подход меня не удивил, он был достаточно распространен среди значительной части партноменклатуры, и, подарив Зюганову несколько номеров "Народной газеты" (которую он потом, кстати, очень хвалил), мы откланялись.

Шипулин буквально через несколько дней ушел от нас в Российскую партию коммунистов к Крючкову, а с созданием КПРФ перешел туда и сейчас занимает там какой-то незначительный пост. К этому я добавлю только одно: представьте себе мои чувства, когда через полтора года Геннадий Андреевич возглавил Коммунистическую (!) партию Российской Федерации...


ШАНСЫ НА УСПЕХ

Теперь, с высоты прошедших лет, невольно задаешься вопросом: а реально ли вообще было воссоздать КПСС как единую коммунистическую партию? Ведь что скрывать - эту задачу нам тогда выполнить так и не удалось.

Я все же думаю, что с точки зрения объективных условий задача была реальной. Прежде всего, знаменитые ельцинские указы сыграли тогда не только отрицательную роль. Самую активную часть коммунистов они не испугали, однако отсекли от комдвижения оппортунистически настроенную часть бывшей партноменклатуры. Она или "залегла на дно", или ринулась в созданную уже в октябре 1991 г. Социалистическую партию трудящихся. Такая ситуация длилась в общем-то недолго - меньше года, до решения Конституционного суда, но тем не менее была совершенно реальной.

Кстати, об указах Ельцина. Они были очень грозными с виду, но не имели механизма реализации. Никаких законных правовых мер к нарушителям указов применить было нельзя. Тем не менее подавляющая часть бывшей партноменклатуры им подчинилась. Бывших партработников, выражаясь вульгарным языком, "взяли на пушку".

Конечно, к нам применялись меры незаконные, о чем я в дальнейшем обязательно расскажу. Часть этих мер, как, например, изъятие переписки, применяется до сих пор. Но в целом работать было можно. Таким образом, возникла уникальная ситуация, когда социал-демократическая часть старой КПСС на участие в коммунистическом движении не претендовала. Тем не менее, возникали новые коммунистические партии, которые игнорировать было нельзя.



Продолжение следует...